Главная Страница |  Каталог / Изменения / НовыеКомментарии | Поиск:
Вход:     Пароль:   

  Избранное:   Каталог | Изменения | НовыеКомментарии | Пользователи | Регистрация  
Версия для печати :: Версия для экспорта в Microsoft Word

Театр Рок-опера: Pub0005 ...

«День за днем», Дек 2000

РОКовые ритмы любви


Кому дано любить, тот музыку — расслышит. А жанры и ритмы любви, как в музыке, диктует время. Санкт-Петербургский театр «Рок-опера» на гастролях в Таллине это доказывал из спектакля в спектакль.


Художественный руководитель «Рок-оперы» В. Подгородинский крупно рисковал, предлагая таллинцам то, что они вроде бы уже видели и слышали. Ведь мы еще помним замечательную «Юнону» и «Авось» в театре «Ленком», тоже давних «Орфея и Эвридику», чуть не классического «Иисуса Христа — суперзвезду»... Разве что оперу по пушкинской «Сказке о мертвой царевне и о семи богатырях» почти премьерной свежести мы еще не знали. Но и тут сюжет известен и от современности тоже далек. Хотя театр с названием «Рок-опера», кажется, просто обязан быть злободневным.


Игра страстей
Всякая эпоха для любовного счастья трудна. Однако вне любви она бессмысленна. Потому что бесчеловечна. Афиша «Рок-оперы» в Эстонии будто специально была подобрана так, чтобы подчеркнуть эту нехитрую мысль. Но, видно, мы нуждаемся в ее новых доказательствах, иначе не пришлось бы давать дополнительное представление...


Все четыре спектакля — о судьбах героях из разных времен. Но в «Рок-опере», очевидно, убеждены: дело не в судьбах и не во временах. Дело в чувствах. Они движут и характерами, и эпохами. С этим постулатом легко поспорить, но трудно им не увлечься. Вот и в «Юноне...» А. Рыбникова и А. Вознесенского, которая открывала и закрывала гастроли, театр подчеркивает: «Мы забыли, бранясь и пируя, для чего мы на землю попали – аллилуйя любви, аллилуйя!»


Авось и аллилуйя
В «Юноне...» постановщик В.Подгородинский показывает, как разрываются между долгом и чувством Резанов (А. Трофимов) и Кончита (Е. Ульянова). Но ими движет надежда: «Наша вера верней расчета, нас вывозит «авось!» Когда-то М. Захаров и Н. Караченцов в ленкомовском спектакле показали Резанова прежде всего как «избранного на подвиг» государственного мужа, мечтающего «свесть Америку и Россию». Его увлечение Кончитой оказывалось как бы «попутным». Другое дело, что потом и у него приключение обернулось любовью... Резанов-Трофимов из «Рок-оперы» прежде всего частный человек. Он, конечно, патриот, но этот Резанов – -не роковой мужчина, нет, он всего лишь — отчаявшийся мечтатель, Кончита для него — воплощение надежд на спасение. Ее нужно завоевать, чтобы надежды сбылись. А там — авось!


Резанов у А.Трофимова личность больше дерзкая, чем героическая, больше порывистая, чем последовательная. Кончита, какой показала ее Е. Ульянова, неопытнее Резанова, но мудрее. Пожилой Ромео из России у американской юной Джульетты учится не только верности, но и и мужеству. Хотя все еще верит в «авось»...


В этом спектакле «психологии» больше, чем действия. От того пространство сцены освобождено от декораций, лишь церковный колокол иногда превращается в корабельную рынду да распустившиеся паруса обозначают место. Мизансцены статичны до скульптурности и лаконичны. В таком емком лаконизме есть своя красочность: зрителю постоянно предлагают «достроить», довообразить происходящее и — со своими сегодняшними понятиями и пристрастиями — включиться в старинный сюжет. А современные ритмы, настоенные на старых русских песнопениях, выстраивают перспективу и вглубь, и ввысь. Ибо только в любви оправдание и возвышение любого из нас. Не случайно в эпилоге у Кончиты по белому платью стелется шарф как крыло...


Нежность в шоу-бизнесе
«Орфея и Эвридику» А. Журбина и Ю. Димитрина театр сыграл более двух тысяч раз, но постановка В.Подгородинского не устарела. Дело, понятно, не в вечности древнегреческого мифа (с ним тут обошлись весьма вольно), а в том, что характеры раскрываются в ситуациях, истолкованных на современный лад.


Орфей (С. Савченко) и Эвридика (О. Картушова) любят друг друга, но он, певец, еще и всемирного признания жаждет. Надо победить на конкурсе, и Эвридика дарит любимому песню. К Орфею приходит слава, толпы фанатов носят его на руках... А Эвридика теперь — что ж, эпизод.


На мой взгляд, «необщее выраженье» лицу театра «Рок-опера» придает публицистичность. Именно она осовременивает древние легенды. Сюжет всегда — про нас, а лаконичность рассказа, скупость деталей только усиливает живописная образность. Так было в «Юноне...», когда в зависимости от «градуса» отношений героев менялся цвет парусов — от белого до фиолетового. Так и простой белый хитон Орфея контрастирует с золотыми и серебряными костюмами его соперников. Но стоит захотеть признания, как начинаешь зависеть от Фортуны (Е. Ульянова). Она разодета в богатые уборы, она прельщает — и Орфею теперь придется зависеть от капризов Фортуны и вкусов толпы. Выбор меж славой среди всех и любовью к одной всегда нелегок, и Харон (Б. Вивчаровский), этот мрачный «виночерпий славы», называет Орфею цену успеха. С. Савченко-Орфей перестанет быть самим собой, если не будет творить для других. Но если твое творчество не посвящено любимой, то кто же тебя искренне оценит и поддержит? Фанатам, в сущности, кумир не нужен, им лишь бы побыть около. Пока не надоест. А там появится новый идол: «Этот рынок требует новинок». Уж таковы правила: будь первым в ряду, но не выступай из ряда. И не задумывайся, что все ряды здесь — торговые.


О. Картушова играет нежную и преданную Эвридику еще и прозорливой. Она понимает, что рискует потерять Орфея, если он увлечется славой. Но она также понимает, что нельзя его стреножить, хоть и вольна оценить его выбор. Силой своей любви она приготовила его к подвигам. Однако вернется ли прославившийся Орфей к своей Эвридике или же разменяет их любовь на медяки фанатов — остается ждать.


Интересно следить, как В. Подгородинский и С. Савченко показывают превращение Орфея в заурядного, хоть модного, пошляка. И вот уже другие поют, как Орфей, да и он подстраивается под них. Все похожи — все довольны. Только Эвридика не узнает свою песню, не узнает и Орфея, разодетого в золото и серебро. Он выбрал. «Штучное» искусство кончилось, началась распродажа тиража. Любовь — вступительный взнос, нежность — пропуск к славе?


С верой и надеждой
В «Иисусе Христе-суперзвезде» заложены ответы на многие вопросы, поставленные в «Юноне...» и «Орфее...» Но здесь иной масштаб измерения: если в первых спектаклях речь шла о любви одного человека к другому человеку, то теперь — о любви к человечеству. Иисус из «Рок-оперы» (В.Дяденистов) все понимает и всему знает цену. Он предвидит, что самый любимый ученик трижды предаст (Петр — А.Кавин), а Иуда (Р. Кашапов) поцелуем укажет врагам на учителя, что Ирод (А. Трофимов) будет его поносить, а толпа – требовать его казни как развлечения... И что Пилат (Б. Вивчаровский) отвернется, умывая руки... Только Мария Магдалина (Н. Улейская) останется верна.. Но все это — лишь канва сюжета.


Это спектакль не о Боге, но о человеке. Иисус-Дяденистов верен своему долгу, который понимает как любовь к людям. Он лишь одного не ведает: принесет ли его мученичество людям пользу? В финальной сцене Христос все же воскресает. Или это он воскресает в нашем сознании?


Притча по содержанию, жанрово этот спектакль синтезирует элементы пантомимы, балета и драматической оперы. Здесь «эстрадные» корни театра «Рок-опера» почти не заметны. Тут зрители не столько развлекаются, сколько переживают, сочувствуют... и примеряют на себя. Ведь тут даже у негодяев оказывается своя правда, а понять не значит ли простить? Но милосердие не есть всепрощение, как любовь к ближнему еще не гарантирует понимания близких... Хотя у каждого вся надежда — на любовь.


Вот и пушкинская «Сказка о мертвой царевне...» стала в «Рок-опере» продолжением разговора на ту же тему. Поставленная к юбилею поэта «Сказка...» — красочное (художник-постановщик — Г. Корбут), полное очарования зрелище. В. Подгородинский решил спектакль в стиле праздничного лубка, наивного и мудрого. Бережно сохранив текст, «Рок-опера» разыграла перед нами ярмарочное представление — веселое, но и в меру серьезное. Здесь все доброе рождается от любви, все темное и злобное – от зависти к любящим, от собственной бездарности в любви. Появление в эпилоге самого Пушкина, тоже стильно-ярмарочного, будто из лубка, лишь ярче проявляет лейтмотив спектаклей «Рок-оперы»: все светлое рождается любовью. А ритмы могут быть и рок-н-ролльными. Почему-то дети это понимают сразу.


Марк Левин


file:bell_but.gif
Назад


 
Файлов нет. [Показать файлы/форму]
Комментариев нет. [Показать комментарии/форму]